Нытинг — так называется новый способ психологической разгрузки, за который охотно платят россияне. Главный вопрос, который меня мучил, перед тем как я позвонил незнакомому человеку, чтобы поплакать ему в жилетку, — зачем платить за это деньги.
© Вечерняя Москва
Можно же точно так же набрать своего старого армейского друга или вообще заявиться к нему домой. Не с пустыми руками, конечно.
Специалисты объясняют, что новая услуга, которая называется «нытинг», на то и рассчитана: человек может полностью открыться, без страха рассказать подробности личной жизни. Вашего настоящего имени никто не знает, адреса проживания и места работы тоже. Говори что наболело, жалуйся на жену или ее отсутствие, костери начальство. Можно даже и не ныть вовсе, а просто поговорить.
Слушатель, получив от вас денежный перевод, согласится побеседовать на любую тему. Хоть о погоде в Никарагуа.
Примерно так раньше были устроены плацкартные вагоны (а может, и сейчас тоже), когда поезд дальнего следования не успевал проехать 100 километров, а соседи по полкам уже знали биографии друг друга, включая рабочие должности, семейное положение и медицинские диагнозы. Только платить другим пассажирам за эту информацию не надо было.
Ночью — дороже
Итак, первое объявление. Слушатель по имени Алла предлагает клиентам излить ей душу за 1,5 тысячи рублей.
— А почему так дорого? — сразу начал ныть я, не успев даже заплатить.
— Так это за полчаса, — с готовностью ответила девушка. — К тому же сейчас еще день, ночной нытинг в два раза дороже.
— Честно говоря, я немного стесняюсь.
— Я гарантирую полную анонимность. Разговоры не записываю. Переписку, если она будет, удаляю.
— Голос приятный…
— Спасибо.
— Вы психолог?
— Нет, я педагог. Но рекомендаций и советов не даю, только слушаю.
— Много у вас клиентов?
— За эту неделю вы третий. Один из них звонит уже не в первый раз.
— Постоянный клиент?
— Типа того.
— Говорят, что в интернете много мошенников.
— А как я могу вас обмануть? Никаких данных вы мне не давали. Я даже имени вашего не знаю.
— Вдруг, после того как я заплачу, вы меня заблокируете?
— Нет, я вас выслушаю. Еще и встану на вашу сторону. В этом основной принцип. Если, к примеру, будете ругать наших футболистов, я соглашусь и поддержу вас.
— А что их ругать? Намибию разгромили 6:0.
— Это да.
— Мы можем встретиться лично? А то что-то как-то не ноется.
— Нет. Лично посетить вы можете психолога, но его услуги гораздо дороже. Знаю не понаслышке. У меня мама работает психологом.
— Ох… Как жаль.
— Что мама работает психологом?
— Что не получится встретиться.
— Понимаю.
— А может, видеозвонок?
— Извините, мы с вами общаемся уже минут десять. Это 500 рублей, между прочим. Надумаете — обращайтесь.
Тысячи литров отчаяния
Вторым трубку взял мужчина, своего имени (даже вымышленного) он в объявлении не указал. Рядом с ним раздавался чей-то беззаботный смех — в данном случае явно неуместный. В голове мелькнула мысль: даже если это исправительная колония, заключенный тоже умеет слушать. К тому же у него уйма времени. У моего собеседника, как выяснилось, есть некоторые проблемы с произношением. Ну как проблемы… Из десяти сказанных им слов я понял только два или три. Возможно, после денежного перевода дикция этого слушателя стала бы лучше (от радости), но проверять я этого не стал.
И открыл следующее объявление, которое хоть на литературный конкурс отправляй:
«Кто-то коллекционирует бабочек, кто-то орхидеи, а я… человеческое нытье. Моя памперсная жилетка готова принять на себя тысячи литров горя и отчаяния. Вы можете кричать, сквернословить. С моей стороны — нулевая токсичность в ответ».
Звонков этот слушатель не принимает — по крайней мере сразу. Общается только через встроенный мессенджер сервиса. Написал ему. Ждал сутки. Тот так и не ответил.
Новое только название
Дозвонившись до очередного слушателя, сразу признался, кем работаю. Тот немного поныл в ответ, но все же на анонимных условиях немного рассказал мне об услуге.
На самом деле новое только название, — уверен собеседник. — На протяжении многих лет и во всех странах были телефоны доверия, всякие горячие линии. Позвонил, выговорился — и вроде успокоился. Социальные сети устроены похоже. Ты пишешь о чем-то важном — и твои френды тебя жалеют. Только в случае нытинга публичность исключена. Можно говорить вообще все. В целом проблемы похожи. Неприятности на работе, потеря близких, непонимание в семье.
Стоимость нытинга — до семи тысяч рублей за час разговора. Кто-то согласен на личную встречу, кто-то предлагает пообщаться по видеосвязи.
Как выяснилось, ныть перед незнакомцем лично я не готов. Вероятно, потому, что слово «нытик» еще в школе было очень обидным для мальчика. Назвали бы эту услугу как-нибудь по-другому, я бы еще подумал. А пока… Буду чаще звонить старому армейскому другу.
Факт
Исследования ВЦИОМ показывают, что в связи с нарастающей тревожностью спрос на психологическую помощь в нашей стране стабильно увеличивается. В 2025 году к специалистам обратились 40 процентов россиян — это вдвое больше, чем пять лет назад.
ПРЯМАЯ РЕЧЬ
Илья Хломов, психолог:
На мой взгляд, нытинг — это один из способов снять с себя груз переживаний, но при этом избежать ответственности. В любых отношениях приходится иметь дело с последствиями своих действий. Попав в круговорот, человек переживает, мучается, но при этом хочет сохранить лицо и стабильность в своей жизни, выглядеть сильным. Бывает, что проблема так и остается нерешенной, но освободиться от нее как раз и помогает такая форма общения, как нытинг.
Подробнее о том, почему эта услуга пользуется популярностью у россиян и кому она не будет полезна, «Вечерняя Москва» узнала у психолога Марианны Абравитовой.
