Появиться на свет в семье Михаила Боярского и Ларисы Луппиан означает с детства нести груз чужих ожиданий. Елизавета росла в атмосфере стереотипов как дочь главного «мушкетера» страны и втайне желала, чтобы ее отец был простым водителем.
© Global Look Press
Актрисой она изначально не собиралась становиться. Боярская 13 лет посвятила классическим и джазовым танцам, окончила модельную школу, посещала курсы пиара и готовилась к поступлению на факультет журналистики СПбГУ. Планы изменились незадолго до экзаменов: девушка случайно попала на открытие учебного театра «На Моховой». Атмосфера впечатлила ее настолько, что она резко передумала, за несколько недель подготовила программу и поступила в Академию театрального искусства на курс Льва Додина, требовавший тотальной самоотдачи. Там и формировалась профессиональная жесткость Елизаветы: она привыкла работать на износ, вникать в детали и полностью растворяться в режиссерских задачах. Актриса не раз признавалась, что правильность и предсказуемость кажутся ей скучными, а по натуре она скрытая бунтарка, которая любит нарушать правила, но делает это осознанно и только когда сама посчитает нужным.
Эта внутренняя полярность между строгой дисциплиной и скрытым бунтом всегда отражалась на ее глубокой внешности. У Елизаветы Боярской очень характерные и статные черты лица, широко расставленные серые глаза, холодный цветотип и безупречная осанка. Такой типаж в модной индустрии называют «драматическим классиком». Ей невероятно идут сложные исторические костюмы, поэтому за Лизой быстро закрепился образ благородной, интеллигентной, но довольно закрытой петербургской актрисы.
Долгое время Боярская и сама придерживалась такого узнаваемого стиля, но в последние годы начала смелее экспериментировать. И на недавней премьере «Морозко» поклонники и пресса ее едва узнали. Актриса, которую привыкли видеть с мягкими голливудскими локонами и в закрытых вечерних платьях, решилась на радикальные перемены. Елизавета продемонстрировала текстурную стрижку каре, глубокий цвет волос и — что удивило всех больше всего — настоящие татуировки на руках.
На красную дорожку она вышла в алом костюме из широких брюк-палаццо и приталенного жилета, надетого прямо на голое тело, с экстремальным V-образным вырезом. Что это — влияние ее новой роли темной ведьмы или долгожданный манифест внутренней свободы? Чтобы понять, как Боярская пришла к этой дерзости, мы решили проанализировать ее биографию через призму гардероба вместе с экспертом моды.
В конце нулевых, когда после роли Анны Тимиревой в исторической драме «Адмиралъ» (2008 год) на Боярскую обрушилась всенародная слава, ее стиль был далек от гармонии. В то время молодая прима МДТ только нащупывала свои сильные стороны, а в ее гардеробе отражались все сумбурные тренды эпохи.
Анна Скороходова Эксперт по стилю, дизайнер и основательница бренда эксклюзивных аксессуаров
Как отмечает стилист Анна Скороходова, Боярская никогда не пыталась быть типичной «глянцевой» фэшн-дивой:«Если говорить о Елизавете Боярской в целом, то ее стиль всегда был скорее про внутреннюю собранность, чем про демонстративную модность. То есть она не выглядит человеком, который пытается через одежду любой ценой привлечь внимание. Наоборот, публичный образ Елизаветы строится на сдержанности, интеллигентности и достаточно классическом понимании женственности. И что интересно, она никогда не была фэшн-героиней в том смысле, в каком мы говорим о человеке, который живет исключительно трендами».
В период с 2008 по 2011 годы эта природная сдержанность тонула в хаотичных экспериментах. Сама Елизавета позже со смехом вспоминала, что ее бросало из крайности в крайность: от «стиля вампухи» (тяжелый макияж глаз, роковые силуэты) до уличного гранжа с бесформенными футболками, широкополыми шляпами и грубыми ботинками.
«В гардеробе Боярской в этот период нет одного устойчивого визуального кода. Она примеряет разные типажи и свободно смешивает направления. Это могут быть удлиненные блузы с жилетами, джинсы с приталенными жакетами, широкие брюки, укороченные топы, платье с подчеркнутой линией талии, юбки плиссе, активные принты, тяжелая обувь и заметные аксессуары. В одном образе Елизаветы может появляться романтическая мягкость, в другом — гранж, в третьем — попытка создать более роковой, почти вамп-образ. То есть стиль пока строится не вокруг узнаваемой формы, а вокруг эксперимента с силуэтами, фактурами и настроениями», — комментирует эксперт.
Для статной внешности Боярской обилие деталей, жилеток и джинсов с жакетами было слишком мелким — одежда «забивала» ее природный аристократизм. Этот этап был необходим как прививка от чрезмерности: к 2012 году Елизавета осознала, что актуальная мода попросту спорит с ее характером, и начала сознательно очищать гардероб.
Свадьба с Максимом Матвеевым в 2010 году и рождение сыновей — Андрея в 2012-м и Григория в 2018-м — заметно изменили образ жизни Елизаветы. Она практически перестала выходить в свет и сосредоточилась лишь на семье и работе. И именно в этот период получила признание как большая актриса — премию «Хрустальная Турандот», культовую роль Анны Карениной в масштабном телепроекте и звание заслуженной артистки России (2018 год). Гардероб этих лет стал прямым отражением ее нового статуса.
По словам стилиста, в эти годы Елизавета нащупала свою главную вечернюю формулу:
«Начиная с 2012–2014, ее гардероб становится заметно чище и собраннее. Боярская все чаще выбирает платье миди и макси, подчеркнутую линию талии, длинные юбки, лаконичные жакеты, спокойный трикотаж, базовые брюки и однотонные решения. А вечерний стиль Елизаветы становится более выразительным. По фотографиям 2014, 2019 годов уже хорошо читается ее будущая фирменная формула — женственный, достаточно классический силуэт, плюс один сильный акцент. Этим акцентом может быть прозрачность, кружево, какая-то необычная конструкция верха, насыщенный цвет, крупный принт или заметная деталь декора. Но никогда Елизавета не использует все детали одновременно».
Именно тогда проявилась ее истинно петербургская ментальность. Боярская признавалась в интервью, что ее любимый цвет — серый, а также спокойные оттенки темно-синего, бежевого и коричневого. Она полюбила лаконичность. Даже выбирая эффектные вечерние наряды — «голое» кружево, платья в крупный горох или сияющий атлас — она удерживала образ за счет строгой вертикали силуэта и полного отсутствия лишней мишуры. При этом в повседневной жизни она ходила в максимально простых джинсах, кроссовках и уютных кашемировых свитерах.
Однако после 2020 года Елизавета начала явно уставать от образа «правильной классической барышни». В ее фильмографии стало появляться все больше сложных психологических ролей и откровенных антагонисток (сериалы «Ворона», «Цикады», «Опасная близость» (ах, та самая сцена с Леонидом Бичевиным) «Тоннель»). Этот внутренний перфекционизм и накопленный характер потребовали смены гардероба. Из ее публичных выходов исчезли романтичные платья, уступив место жесткому монохрому, тотальному черному цвету и маскулинному крою — так называемому power dressing. Теперь она выбирает пиджаки с подчеркнутыми острыми плечами, плотную кожу, сатин и вещи с корсетной посадкой. Женственность Боярской перестала быть мягкой, она стала структурной.
Недавний выход на премьере в алом костюме, с каре и татуировками — это не случайный каприз, а логичный результат ее внутренней трансформации. Боярская больше не прячет свою бунтарскую натуру за привычными канонами «приличной питерской классики». Она уравновесила глубокий, сексапильный вырез жилета строгой графикой брюк-палаццо, доказав, что зрелость дает женщине право на смелость.
И, по словам Анны, сегодня Елизавета находится в своей лучшей модной форме:«Современный стиль Елизаветы Боярской заметно эволюционировал по сравнению с серединой десятых годов. На первый план вышли черный цвет, монохром и сложная конструкция вещей. Особенно показательны ее выходы в стиле total black, будь то строгие костюмы-двойки, кожаные комплекты или корсетные платья с драпированными юбками. Чувственность теперь всегда уравновешена строгим цветом, лаконичным жакетом и минималистичными аксессуарами. Романтичность уступила место графике, контролю и уверенности. Такой power dressing подчеркивает, что Боярская сегодня — это не просто красивая женщина, но и сильный, уверенный в себе профессионал.В целом Елизавета Боярская прошла путь не от «»немодного к модному«», а от эксперимента к абсолютной точности. Чем взрослее становится ее стиль, тем меньше в нем случайных деталей и тем сильнее считывается сама личность. Сначала мы видели поиск идентичности, затем — драматическую женственность, а сегодня перед нами строгая, интеллектуальная и архитектурная версия ее персонального стиля».
